Ваш город...
Россия
Центральный федеральный округ
Белгород
Брянск
Владимир
Воронеж
Иваново
Калуга
Кострома
Курск
Липецк
Москва
Московская область
Орел
Рязань
Смоленск
Тамбов
Тверь
Тула
Ярославль
Северо-Западный федеральный округ
Архангельск
Великий Новгород
Вологда
Калининград
Ленинградская область
Мурманск
Петрозаводск
Псков
Санкт-Петербург
Сыктывкар
Южный федеральный округ
Астрахань
Волгоград
Краснодар
Крым/Севастополь
Майкоп
Ростов-на-Дону
Элиста
Северо-Кавказский федеральный округ
Владикавказ
Грозный
Дагестан
Магас
Нальчик
Ставрополь
Черкесск
Приволжский федеральный округ
Ижевск
Йошкар-Ола
Казань
Киров
Нижний Новгород
Оренбург
Пенза
Пермь
Самара
Саранск
Саратов
Ульяновск
Уфа
Чебоксары
Уральский федеральный округ
Екатеринбург
Курган
Тюмень
Челябинск
Югра
ЯНАО
Сибирский федеральный округ
Абакан
Барнаул
Горно-Алтайск
Иркутск
Кемерово
Красноярск
Кызыл
Новосибирск
Омск
Томск
Дальневосточный федеральный округ
Биробиджан
Благовещенск
Владивосток
Магадан
Петропавловск-Камчатский
Улан-Удэ
Хабаровск
Чита
Южно-Сахалинск
Якутск
Интервью

«Хлорная известь внутрь и маски долой» — опасные коронофейки-2020

«Хлорная известь внутрь и маски долой» — опасные коронофейки-2020
Фото Анна Кирзюк
Отличить адекватные новости от фейковых читателям «SM-news» поможет известный антрополог, коллекционер слухов, Анна Кирзюк

«Самоизоляция», «карантин», «коронавирус» и «удаленка», – согласно исследованию Государственного института русского языка им. Пушкина стали словами года. На пике популярности также заимствованные из английского «локдаун» и «ковид». Неологизм «fakenews», пришедший в нашу речь в 2017, в нынешнем 2020 приобрел новое звучание. Еще до того, как коронавирус был объявлен пандемией, эксперты ВОЗ признали, что он породил инфодемию. В тревожный период информационная революция сыграла с человечеством злую шутку – люди стали плодить слухи в интернете. Но как утверждает один из авторов нашумевшей книги «Опасные советские вещи. Городские страхи и легенды в СССР научный сотрудник Школы актуальных гуманитарных исследований РАНХиГС Анна Кирзюк, это явление далеко не 2020 года. Мы поговорили с фольклористом о самых популярных в эту пандемию фейках, истории их возникновения и последствиях распространения.

«Леночка, нас скоро всех закроют!»

– В апреле вы с коллегами начали работу над виртуальной «Энциклопедией фейков о коронавирусе». Что подтолкнуло к идее её создания?

– Эти тексты, которые в просторечье сейчас называют «фейки» – более корректно их будет называть «тексты с неподтвержденной достоверностью», – пошли с такой скоростью и интенсивностью, что мы с коллегами-фольклористами поняли, что должны это фиксировать. Как минимум фиксировать, а еще лучше – выяснять, насколько быстро тот или иной сюжет распространяется, в каком контексте он появляется и становится популярным.

– Какой самый первый слух вы встретили в интернете?

– Одним из самых первых был текст, написанный от имени «молодого врача Юры Климова, который работает с вирусом в Ухани». Текст начал распространяться в русскоязычных соцсетях в начале февраля и представлял собой набор псевдомедицинских советов на тему, как самостоятельно в домашних условиях диагностировать у себя вирус и провести профилактику. Он уверял, что избежать заболевания можно простыми народными способами: пить горячую воду, мазать горло Бетадином. А еще можно провести несложный дыхательный тест, который каждый может легко и бесплатно сделать в домашних условиях. Но лавинообразный рост слухов начался в конце февраля – начале марта. Если советы от несуществующего «Юры из Ухани» были «успокаивающими», то в начале марта появляется паническая информация, о том, что ситуация на самом деле серьезнее, чем говорят СМИ. Например, 2 марта появилось аудиосообщение в WhatsАpp от лица женщины, которая сообщает своей подруге Леночке, что в Москве уже «20 тыс. заболевших коронавирусом» и призывает закупаться продуктами. В начале марта, как мы помним, в России еще не было никакого локдауна, никаких карантинных мер. Но в обращении к «Леночке» утверждалось, что на самом деле правительство скрывает истинное число зараженных, эпидемия намного тяжелее и масштабнее, а власти якобы все это скрывают. Непосредственно перед локдауном и в самом его начале стали распространяться фейки о комендантском часе в Москве и других городах, о дезинфекции городов с вертолетов и водопровода хлоркой, переполненных больницах и горах трупов в моргах. Много было толков о стягивании войск в города.

Можно даже проследить, как такой слух образуется. Например, какой-то пользователь выкладывает в сеть видео, как он едет по какой-то трассе, а навстречу ему едут грузовики. На записи плохо видно, какой именно транспорт виднеется на дороге, но автор рассуждает: «Вот посмотрите, куда-то едут военные, солдаты, техника». Это видео попадает в сеть, и люди уже начинают говорить, что к городу N стягивают войска, и что, наверное, этот город N будут оцеплять. Такие сюжеты выражают страх людей уже не перед самим вирусом, а перед действиями властей.

Спирт, имбирь и хлорная известь

– С началом пандемии молва широко распространила рекомендации по борьбе с новой инфекцией. Многие из них Всемирной организацией здравоохранения опровергались. Туда попали советы добавлять в суп перец, пить алкоголь, вдыхать пары или вводить в организм хлорную известь, употреблять противомалярийный хлорохин, использовать ультрафиолетовые лампы, купаться в горячей ванне. С какими слухами пришлось столкнуться вам, и чем они вызваны?

– Псевдомедицинские советы всегда появляются во время эпидемий. Людям, столкнувшимся с неизвестной и опасной болезнью, нужно успокоить себя. Одним из таких успокоительных средств становится убеждение, что болезнь можно победить какими-то очень простыми и дешевыми средствами. С началом пандемии коронавируса появилась масса советов, что нужно, например, привязывать имбирь, натираться чесноком или дышать водкой, чтобы не заболеть. Еще были предложения употреблять щелочные продукты, пить горячую воду, полоскать горло содой и т.п. В первую волну потребность в таких советах была особенно сильна, поскольку не было официально разработанного лекарства от коронавируса. Как правило, такие псевдомедицинские советы распространяются от лица какого-то медицинского авторитета. Первым был упомянутый «молодой врач Юра Климов из Ухани». Затем появились советы от лица специалистов из самых разных стран – от «русского врача, работающего в Италии», «израильских врачей», «индийских врачей» и так далее. Важно отметить, что подобные советы с просто потрясающей скоростью пересекают языковые и государственные границы. Советы от Юры из Ухани (пришедшие к нам из Китая) – показательный пример, но не единственный. Псевдомедицинские советы, распространяемые от имени сотрудника университета Джона Хопкинса, появились на английском и французском языках 29 марта, а 30 марта с ним уже могли ознакомиться русскоязычные пользователи соцсетей. Также важно отметить, что псевдомедицинские советы пользуются огромной популярностью. Рекомендации от «Юры Климова из Ухани» стали самым высокоцитируемым текстом российской инфодемии: он набрал более 700 000 репостов.

Исследования говорят, что, чем больше люди будут верить таким советам и распространять их, тем больше вероятность, что они не будут выполнять официальные рекомендации, которые даются Минздравом или Всемирной организацией здравоохранения. Эти советы не только отвлекают от научно доказанной информации, но и формируют у людей чувство ложной безопасности, ведь на самом деле «дыхательный тест на коронавирус» ничего не показывает, а потребление щелочных продуктов не является средством профилактики.

– С появлением вакцины снизился уровень распространения таких рекомендаций?

– Если мы сравниваем содержательно слухи весенние и, условно говоря, осенние, разница связана с контекстом. Весной было гораздо больше псевдомедицинских советов, потому что непонятно еще было еще, как лечить коронавирус, а осенью появилось очень много слухов, связанных с вакцинами: будто бы вакцина вызывает страшные болезни, бесплодие, «меняет геном человека», а то и прямо убивает. Псевдомедицинских советов стало меньше, зато в конце октября появился перечень лекарств, которыми будто бы каждый может вылечиться от коронавируса: Арбидол, Азитроцимин, Таваник и еще что-то. Такие рекомендации более вредны, чем советы подышать водкой или поесть имбирь. От «народных» средств пользы мало, но и прямого вреда нет (есть вред опосредованный – иллюзия безопасности, о которой мы говорили выше). Но самостоятельное употребление целого комплекса лекарственных средств может нанести организму прямой вред.

Диссидентский символ рабства

– Есть ли какие-то изменения с началом второй волны? Появились принципиально новые сюжеты?

– Весной скорость появления и распространения слухов была очень высокой. Летом было некоторое затишье. Потом, когда началась вторая волна, пошли и новые слухи, новые тексты. Но «вторая волна» инфодемии началась раньше, чем вторая волна эпидемии — с фейка о том, что 20 сентября (почему 20 сентября – это никому неведомо) будет введен новый локдаун. Этот слух появился еще в июле, но в конце августа его стали очень активно репостить. Как выяснили мои коллеги из РАНХиГС, два самых устойчивых типа слухов российской инфодемии – это псевдомедицинские советы и тексты, утверждающие, что опасность коронавируса преувеличивается. При этом ковид-диссидентские тексты распространялись на протяжении всей пандемии с завидной устойчивостью.

– Чем это вызвано? Откуда такое постоянство в распространении? Не думаю, что это делается целенаправленно.

– В основании ковид-диссидентских слухов лежит недоверие к власти. Ковид-диссиденты — это люди, которые не верят властям и официально признанным авторитетам. Это недоверие настолько глубоко, что они считывают любые исходящие от нее месседжи как агрессию. Если власть говорит: «Давайте соблюдать дистанцию и носить маски, иначе мы все заразимся, и много людей умрет». То есть мы просим вас это делать, потому что заботимся о вашем здоровье. Но ковид-диссиденты не доверяют власти и априори уверены, что от нее не может исходить какая-то забота. Послание считывается прямо противоположным образом, например: «мы хотим вас всех разорить, поэтому мы преувеличиваем опасность вируса, заставляем всех сидеть по домам, лишаем предпринимателей доходов» и так далее. Или «мы хотим вас всех поставить под тотальный контроль, сделать из всех вас цифровых рабов, покорных потребителей или покорных избирателей». Такая интерпретация ограничительных мер происходит из убежденности, что власть не может говорить правду и ничего не может делать нам во благо.

– Еще из того, что я заметила осенью, а может, просто не замечала весной, – недовольство масочным режимом. Люди ссылаются на то, что в Германии, Китае есть случаи, когда дети в масках погибли, якобы задохнувшись «углекислым газом» во время занятиями физкультурой. Заметил, много комментариев появилось под новостями. Допустим, волонтеры раздают маски, а люди под постом пишут, что они могут быть заражены коронавирусом.

– Вот эти тексты про опасность масок – что у детей случаются астматические приступы, что они задыхаются и умирают прямо на уроках, пошли с начала учебного года очень активно. А у взрослых от масок будто бы бывает экзема и прочие страшные кожные заболевания… Такие тексты циркулировали особенно активно в ковид-диссидентских пабликах. Еще там очень много историй про то, что маски на самом деле опасны, люди болеют не от коронавируса, а от того, что они носят маски, «дышат углекислым газом». Одно очень популярное объяснение масочного режима: кому-то выгодно продавать нам маски. Если официальная цель масочного режима – сдерживание инфекции, то многие «народные» объяснения объявляют такой целью обогащение власть имущих: некие богатые люди якобы становятся еще богаче, заставляя нас носить маски. Более конспирологическое и более зловещее объяснение масочного режима заключается в том, что некие сверх-могущественные люди хотят убить нас или превратить в рабов. Помимо физической опасности масок диссиденты часто говорят, что маска – это символ рабства: «Нам закрывают рот».

Когда дети пошли в школу 1 сентября, помимо текстов о вреде масок (кстати, они пришли из других стран, где школьников действительно обязали их носить), начались слухи о переходе на дистанционное образование. Обеспокоенные родители начали писать разнообразные петиции, а также устраивать митинги и пикеты против дистанционного обучения, которое власть, по их мнению, хочет ввести навсегда. Вместе с «дистанционкой» на родителей обрушилось действительно много трудностей – в частности, они вынуждены были выполнять роль учителя, вместо того, чтобы заниматься своей работой. Но тут есть еще один страх, родственный страху перед цифровыми технологиями в целом. Многие родителя боятся, что обычное образование скоро будет «только для богатых», а простых людей, дистанционное образование останется. И что у перехода на дистанционку есть очень зловещая цель – «оглупление народа».

Печать антихриста и чипирование

– Еще один слух, который появился весной. В мессенджерах стали распространять якобы «откровение афонских монахов», согласно которому желающие спастись должны нарисовать на двери крест оливковым маслом.

Для христиан-фундаменталистов довольно естественно трактовать события, подобные пандемии, в терминах грядущего апокалипсиса. И сама пандемия, и противоэпидемические меры – тестирование, и вакцинирование и даже ношение масок, – интерпретируется, как знак наступления последних времен. Сюжеты христианской эсхатологии отлично вписываются в панические ожидания, связанные с вакциной: если светские адепты теорий заговора могут бояться, что с вакциной будет введен «жидкий чип», то их верующие единомышленники видят в вакцине то самое нанесение печати антихриста, о котором говорилось в Откровении Иоанна Богослова.

– Кстати, официальные представители РПЦ также эти слухи опровергали. Вы говорите о том, что наказывать за распространение фейков не стоит. Хотя власти сейчас активно борются с этим, в том числе и штрафами. Почему вы считаете, что это делать нельзя?

– Есть некая особенность, которую можно заметить. Она связана не с самим содержанием этих слухов, а с тем, как власти реагируют на них. Если большие социальные медиа и большие платформы, вроде YouTube, Facebook, Twitter цензурируют и блокируют недостоверную информацию, связанную прежде всего с отрицанием опасности коронавируса, то у нас власть обеспокоена главным образом текстами, которые отрицают ее компетентность. Получить штраф по печально известной «статье о фейках» можно в том случае, если ты говоришь, что в моем городе N больницы переполнены, а трупы вывозят грузовиками и власти это скрывают. Вот если ты скажешь, что опасность коронавируса преувеличена, и все это нужно, чтобы Билл Гейтс нас чипировал, после такого текста вряд ли последуют какие-то санкции. Более того, такие высказывания весной можно было услышать на государственных телеканалах.

Бороться с распространением можно через повышение медиаграмотности людей. Наказывать за распространение слухов бессмысленно, потому что можно научить отличать фэйкньюс, но значительно сложнее отучить их не репостить и не распространять. Распространение слухов выполняет социально-психологическую функцию, потому что тексты, которые мы называем слухами и фэйкньюс, как правило, выражают наши тревоги и опасения. Во-вторых, в ситуации такой тотальной неопределенности какой-то смутной тревоги и невозможности контролировать свою жизнь (а в этой ситуации пребываем мы все в той или иной степени), у людей возникает потребность делиться друг с другом предупреждениями. Это рефлекс — когда мы чувствуем опасность и получаем свидетельство об угрозе, мы спешим этим поделиться.

Признаки фейков: ошибки, Caps Lock, «максимальный репост!»

– Как можно отличить слух, фейк в сети от правды? Есть какие-то признаки?

– Во-первых, их очень быстро опровергают СМИ. Бывает достаточно просто вбить в поисковик запрос с ключевыми словами и добавить слово «фейк». Вы наверняка увидите статью по этой теме. У фейков есть отличительные признаки: они содержат орфографические ошибки, эмоционально окрашены – используется Caps Lock, множество восклицательных знаков. Часто встречаются призывы к распространению: «максимальный репост!», «распространите, расскажите всем!!!»

Если это подделка под документ, то вглядеться и увидеть, соблюдены ли все правила оформления документов – печати, штампы, номер, ссылка на вышестоящий приказ. Часто бывают, что такие документы аппелируют к каким-то не существующим организациям. Например, 1 апреля по мессенджерам и соцсетям распространялся текст «Ассоциации медиков России». Он был оформлен как обращение этой ассоциации в Министерство образования Российской Федерации, Президенту Российской Федерации, Правительство Российской Федерации и так далее. Внутри этого текста содержалась вся эта конспирологическая теория о том, что никакого вируса не существует, СМИ раздувают панику, нас всех чипируют через вакцины, а потом поставят вышки 5G. Многие восприняли это как шутку, каковой она изначально и была, возможно. Но другие восприняли как повод для размышлений и отправили этот текст дальше. Произошло это потому, что на людей формальные признаки официального документа действуют таким магическим образом. Они видят солидное название солидной организации, шапку официального документа и думают, что это что-то серьезное. Так и произошло с этим документом. Но никакой «Ассоциации медиков России» не существует, и поиск по реестру НКО России показывает это очень быстро. Как и министерства образования: сейчас есть министерство высшего образования и науки и министерство просвещения.

– А для фольклористов все эти слухи в период пандемии в новинку? Или большинство так или иначе встречалось? Помню, весной были случаи нападения на медиков за рубежом, потому что некоторые считали их виновными в появлении вируса.

– Во время холерных эпидемий в 18 веке тоже возникал такой сюжет, что на самом деле никакой холеры не существует. Ее выдумали доктора, чтобы загонять людей в карантинные бараки и там их морить. Как мы понимаем, эти слухи распространялись по большей части людьми неграмотными. Сейчас все имеют образование. Все примерно представляют, что такое вирус, поэтому совсем архаических сюжетов про отравление колодцев и рек злодеями-чужаками – нет. Но есть их современные вариации, например, утверждение, что вирус был создан искусственно, и был создан не у нас. В городском фольклоре много таких сюжетов, которые пребывают как бы в спящем режиме, и могут делать это десятилетиями. А потом, когда возникает какая-то угроза, тревожное время, они снова появляются. Такая штука цикличная. На самом деле, мало чего нового возникает. Когда фольклористы видят эти слухи и легенды, они, как правило, понимают, что он когда-то и где-то это видел.

Яндекс.Метрика